Страница Владимира Ковальджи
 
 
  Главная Статьи Стихи Ноты Аудио Фото
 
. Встать, гимн идет!
 


Из песни слова не выкинешь...
Тем более, если это "песня без слов".

Все три основных искусства, изобразительное, музыкальное и словесное, участвуют в создании национальной символики страны, по которой ее узнают и приветствуют везде - от официального визита до футбольного матча, - и которая призвана быть объединяющим фактором для всех ее граждан. Для "внешних сношений" важны прежде всего графическая символика и музыка: они легко узнаваемы и не требуют перевода. Для второй цели слова (т.е. текст гимна) весьма важны, и их отсутствие воспринимается сегодня болезненно: чем мы хуже других? С другой стороны, нынешним общественным сознанием к задаче написания слов гимна предъявляются самые наивысшие требования: по сути, от них ждут ни больше, ни меньше, как точной формулировки той самой "общенациональной идеи", о необходимости срочной выработки которой так много говорят сегодня (впрочем, имея ввиду зачастую нечто прямо противоположное). Думаю, что и полезно и занимательно будет провести небольшую ретроспективу российских гимнов. Может быть, это поможет нам в поисках нового содержания "главной песни" страны?

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Гимны, как торжественные культовые песнопения, зародились в глубокой древности и очень долго оставались таковыми. Использование этого понятия в смысле национального и государственного музыкально-поэтического символа, подобно гербам и флагам, - явление сравнительно недавнее: самому старому национальному гимну (голландский "Вильгельмус ван Нассауве") чуть больше четырех веков, а общепринятой традицией иметь государственный гимн стало в последние двести лет.

В России до XVII века торжественные церемонии сопровождались исключительно церковными песнопениями; позже, когда появились "виватные канты" и т.п., они имели характер "временных" гимнов, т.е. сочинялись для каждого конкретного торжества (коронации, победы). Особое место, начиная с петровских времен, занимали военные марши, особенно "Преображенский", ставший по сути главным маршем России (позже, вместе с "Громом победы").

Де-факто (но не де-юре) первым русским национальным гимном стал "Коль славен" Д.С.Бортнянского, написанный в 90-х годах XVIII века: эта духовная (нецерковная) песнь ежевечерне исполнялась на молитве в войсках, ее пели на крестных ходах, играли во время производства юнкеров в офицеры и при погребении старших офицеров, она стала неотъемлемой частью многих ритуалов и церемоний. "Коль славен" быстро стал любим и популярен среди всех слоев русского народа. Русские масоны исполняли его как священную песнь в начале заседаний лож (автор текста М.М.Херасков был видным "вольным каменщиком"). И поныне "Коль славен" знают и любят петь многие православные и протестанты во всем мире.

"МОНАРХИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ"

Так что же было первым официальным гимном Российской Империи, еще до львовского "Боже, Царя храни"? Кто не знает - не догадается. В конце XVIII - начале XIX веков в большинстве европейских государств монархов встречали под звуки английского "God save the King" ("Боже, храни короля"). Таким образом, британский королевский гимн был самым настоящим "интернационалом" для европейских суверенов (что вполне объяснимо: страны и народы, конечно, все разные, но венценосцы-то в большинстве своем - ближайшие родственники).

В России мелодия "God save the King" стала утверждаться после войны 1812 года, как символ антинаполеоновской коалиции. К тому же, Александр I был большим англофилом (также, гр. Орлов и др.). В 1815 г. В.А.Жуковский опубликовал слова для этой музыки под названием "Молитва русских":

Боже, Царя храни!
Славному долгие дни
Дай на земли!
Гордых смирителю,
Слабых хранителю,
Всех утешителю -
Все ниспошли!

В конце 1816 года Александр I издал указ всегда исполнять эту мелодию при встречах императора и утвердил текст Жуковского. Так появился первый официальный государственный гимн России, просуществовавший в этом качестве семнадцать лет.

"БОЖЕ, ЦАРЯ ХРАНИ" - ИЗДАНИЕ ВТОРОЕ

В 1833 году Николай I поручил А.Ф.Львову написать новый гимн. К тому времени Львов был всемирно известным музыкантом (скрипачем, дирижером и композитором) и одновременно заведовал делами императорской квартиры. Сочинив мелодию, он пошел к тому же Жуковскому, (последний, таким образом, задолго до Михалкова удостоился быть автором двух вариантов текста гимна), который и приспособил под нее заново "Боже, Царя":

Боже, Царя храни.
Сильный, державный,
Царствуй на славу, на славу нам.
Царствуй на страх врагам,
Царь православный.
Боже Царя, Царя храни.

Текст вышел несколько слабее предыдущего: вместо "гордых смирителю" появилось грубовато-прямолинейное "на страх врагам", а трогательному "слабых хранителю, всех утешителю" вовсе не нашлось места. Зато музыка, чрезвычайно понравившись царю ("Спасибо, великолепно, ты совершенно понял меня" - сказал Николай I, обняв Львова), стала быстро распространяться по всей России; и не только потому, что активно пропагандировалась "сверху", - Львов действительно, как говорится, "попал в точку": простая, яркая и запоминающаяся мелодия (и очень короткая - 16 тактов) была прекрасной находкой для гимна и стала признанной классикой этого жанра.

Во многом, именно благодаря авторству "Боже, Царя" известный исполнитель своего времени и прекрасный композитор Львов был в советское время совершенно вычеркнут из истории русской музыки (редкие упоминания о нем обязательно содержали неотъемлемую приставку "реакционный_композитор_Львов", - типа "ренегат_Каутский").

С Февральской революции до Октябрьской на право называться гимном претендовали сразу несколько песен: "Марсельеза", "Коль славен", вышеупомянутые марши, та же львовская мелодия с текстом "Боже, народ храни..." и др., но выбрать что-либо не успели...

ОПЯТЬ "ИНТЕРНАЦИОНАЛ" И ГИМН СССР

С 1918 по 1943 гг. в качестве гимна вновь использовалась "космополитическая" песнь, на этот раз революционно-пролетарская (похожими свойствами обладала и "Марсельеза", но ей не хватило агрессивности и беспощадности, чем куда как богат "Интернационал"). Интересна трактовка первых слов "Вставай, проклятьем заклейменный...", которую я услышал от одной бабушки в церкви: трудового человека, конечно, всегда эксплуатировали, подавляли и т.п., но разве его "клеймили проклятьем"? Проклятьем от века заклеймен известно кто - падший ангел; не ему ли поют "вставай!" безбожники-большевики?

В ночь на 1 января 1944 года по радио впервые прозвучал новый гимн Александрова на слова Михалкова и Эль-Регистана. О словах говорить не будем, - это уже скучно; отметим только, что вторая "несталинская" их редакция появилась лишь в 77 г. после долгих лет исполнения гимна без слов. Музыка же А.Б.Александрова заслуживает, по моему мнению, самых высоких похвал, как один из лучших образцов в своем жанре. Только "неповторимая и устойчивая" оскомина от текстов этого гимна и от советских воспоминаний делает невозможным сохранение этой мелодии, но это, как и в случае с Львовым, не вина Александрова. Хочу отметить одну чрезвычайно простую, и потому гениальную находку Александрова, которая, как мне кажется, могла прийти в голову только опытному церковному регенту, каковым он и был раньше (возглавить армейский ансамбль песни и пляски предложили трем известным регентам: Данилину, Чеснокову и Александрову): гимн СССР начинается или, точнее, предваряется одним мощным тоническим аккордом; казалось бы, одна нота, но сразу сколько она "убивает зайцев"! Во-первых, она еще до начала собственно музыки гимна дает знак "Внимание! Сейчас прозвучит нечто очень важное!" (как в церкви "Премудроть" и "Вонмем"), во-вторых, дает команду "Встать! Гимн идет!" (вспомним "Востаните!" перед Всенощной) и дает время сделать это до его начала, и в-третьих, дает ясную настройку на тональность, позволяющую всем без исключения петь Гимн с первой ноты, а не подхватывать мелодию по ходу дела.

ГИМН, НАЙДЕННЫЙ В ЧЕРНОВИКАХ

В "Аргументах и фактах" (?12(86),1997) в очередной статье, посвященной объявленому этой газетой конкурсу на текст гимна, журналистка М.Варденга пишет буквально следующее: "...мы подумали, что вам будет интересно прочесть "настоящие" слова "Патриотической песни" - ведь текст действительно существовал, и более того - Глинка писал музыку именно к этим словам, принимая участие в конкурсе гимнов, где победил тогда знаменитый "Боже, царя храни"..." Далее приводятся эти слова. Так красивый плод журналистской фантазии, коим является вся приведенная цитата, печатается самой тиражной газетой мира. На самом деле история мелодии Глинки, которая с конца 1990 г. играется в качестве Гимна России, такова: ни в каком "конкурсе" она не участвовала и Львову не проигрывала, потому что была написана годом позже, когда "Боже, Царя" уже утвердился как гимн. Глинке он казался не вполне удовлетворительным, и он как-то сделал набросок (одну мелодию, затем ее же с басовым голосом и пометками по-французски, как обработать), который так и остался незавершенным, при жизни автора широкой общественности был неизвестен и никого намека на текст не содержал. Нотный листок с этим эскизом (имеющим надписание "Motif de chant nationale") был найден в автографах Глинки лишь в конце XIX века. Вероятно, в начале нашего века кто-то и приписал слова, приведенные в "АиФ", и в таком виде песня попала в некоторые христианские сборники. Оркестровая обработка появилась лишь в 1944 г. (тогда же и придумали название "Патриотическая песня"), а в 47 году к 800-летию Москвы А.Машистов приспособил текст "Здравствуй, славная столица", с которым эта мелодия Глинки и стала широко известна.

Попытки создать текст для нынешнего гимна более чем многочисленны: множество вариантов мы видели в "АиФ" (в финале оказались стихи Риммы Казаковой и сборный-читательский "с миру по нитке"), будет, вероятно, и еще немало предложений. Хотя... Тут недавно кто-то из думских коммунистов сетовал, что мотив Глинки трудно поется, в отличие от того же союзного гимна. Вот уж с кем не хотелось бы совпадать во мнении... Но, как говорит один мой знакомый батюшка, "у Бога и ослица иногда правду говорит"; мелодия действительно интонационно трудновата для всеобщего употребления (в мире немало гимнов и посложнее, но мы сравниваем с Львовым и Александровым). В общем, хочется сказать композиторам, что отдыхать им, как и поэтам, еще рано. А поэтам (и тем кто будет решать судьбу гимна) - не пытаться уместить в несколько строк всю российскую историю, культуру и основные статьи конституции впридачу: для гимна, как "песни для всех", наверное, важнее какая-то простая и чистая лирико-патриотическая формула, способная вызвать хоть какое-то общее чувство у всех нас среди "разбросанных камней" нашего времени.


P.S. Статья написана во второй половине 90-х - т.е. до позорного решения возродить александровский гимн с третье-михалковским текстом...


 


Рейтинг@Mail.ru